Кроме того, Госгортехнадзор осуществлял контроль...


Кроме того, Госгортехнадзор осуществлял контроль...

Проблемы ядерного наследия и пути их решения

рабочий текст монографии

27.04.09

Москва 2009

УДК

ББК

Развитие атомной энергетики и ядерное наследие. Под общей редакцией Е. В. Евстратова….

ISBN

Аннотация

Авторский коллектив:

Оглавление

Предисловие

Введение

Глава 1. Радиация и новые аспекты безопасности

1.1. Становление подходов в области радиационной защиты человека и окружающей среды

1.2. Организация обеспечения ядерной и радиационной безопасности в СССР и России

1.3. Регулирование безопасности при использовании атомной энергии за рубежом

1.3.1. Международно-правовые основы регулирования безопасности

1.3.2. Регулирование безопасности в отдельных зарубежных странах

1.3.3. Некоторые проекты реабилитации объектов ядерного наследия в США и Франции

1.3.3.1. Проекты реабилитации в США

1.3.3.1.1. Завод по переработке в Хэнфорде

1.3.3.1.2. Хранилища трансурановых отходов в Хэнфорде

1.3.3.1.3. Реабилитация объектов и территории Ок-Риджской национальной лаборатории, Восточного технологического парка в Теннеси и Комплекса национальной безопасности Y-12

1.3.3.1.4. Реабилитация территорий и хранилищ РАО Ок-Ридже

1.3.3.1.5. Другие проекты реабилитации, реализуемые в США

1.3.3.2. Французская программа реабилитации и вывода из эксплуатации

1.4. Экономические механизмы предотвращения накопления проблем в сфере ядерной и радиационной безопасности

Глава 2. Ядерные оборонные программы

2.1. Комбинаты по производству оружейного плутония

2.1.1. ФГУП «ПО «Маяк»

2.1.1.1. Реакторное производство

2.1.1.2. Радиохимическое производство и переработка топлива

2.1.1.3. Химико-металлургическое производство

2.1.1.4. Накопленные высокоактивные отходы

2.1.1.5. Радиоактивное загрязнение водных систем и формирование системы промышленных водоемов

2.1.1.6. Проблемы обеспечения экологической безопасности промышленных водоемов

2.1.1.7. Радиоактивное загрязнение подземных вод

2.1.1.8. Авария 1957 г. на емкости–хранилище радиоактивных отходов

2.1.1.9. Радиоактивные выбросы предприятия

2.1.1.10. Обращение с РАО

2.1.1.11. Сравнительный анализ обращения с РАО при реализации оборонных программ

2.1.1.12. Ядерное наследие на ФГУП ПО «Маяк»

2.1.2. ОАО «»

2.1.2.1. Ввод и вывод из эксплуатации промышленных реакторов

2.1.2.2. Завод разделения изотопов

2.1.2.3. Радиохимический завод

2.1.2.4. Химико-металлургический завод

2.1.2.5. Сублиматный завод

2.1.2.6. Обращение с РАО. Площадки хранения и полигоны захоронения РАО

2.1.2.7. Радиоактивное загрязнение окружающей среды

2.1.3. ФГУП «Горно-химический комбинат»

2.1.3.1. Реакторное производство

2.1.3.2. Радиохимическое производство

2.1.3.3. Хранилище безопасного хранения препаратов Государственного радиевого фонда

2.1.3.4. Обращение с РАО, площадки хранения и полигоны захоронения РАО

2.1.3.5. Радиоактивное загрязнение окружающей среды

2.2. Добыча урана и радия

2.2.1. Добыча и производство радия

2.2.2. Добыча и производство урана

2.2.2.1. Организация уранодобывающей промышленности

2.2.2.2. Государственный гидрометаллургический завод «Алмаз»

2.2.2.3. Приаргунское производственное горно-химическое объединение (ОАО «ППГХО»)

2.2.2.4. Новотроицкое рудоуправление

2.3. Ядерное наследие на предприятиях по производству ядерного топлива

2.3.1. ОАО «Машиностроительный завод»

2.3.1.1. МСЗ – крупнейшее предприятие по изготовлению ядерного топлива

2.3.1.2. Наследие военной деятельности на ОАО «МСЗ»

2.3.2. ОАО «Новосибирский завод химконцентратов»

2.3.2.1. Продукция ОАО «НЗХК» – ядерное топливо

2.3.2.2. Экологические проблемы ОАО «НЗХК» – результат прошлой деятельности

2.3.3. ОАО «Чепецкий механический завод»

2.3.3.1. Чепецкий механический завод – крупнейший в России производитель изделий из циркониевых сплавов

2.3.3.2. Экологические проблемы завода, связанные с участием в Атомном проекте

Список литературы к главе 2

Глава 3. Научные учреждения для решения задач мирного и военного использования ядерных технологий

3.1. Государственный научный центр Российской Федерации «Физико-энергетический институт имени академика А. И. Лейпунского»

3.1.1. Экспериментальные установки различного назначения

3.1.2. Обращение с РАО

3.2. Государственный научный центр Российской Федерации «Научно-исследовательский институт атомных реакторов»

3.2.1. Основные объекты НИИАР

3.2.2. Обращение с ОЯТ и его хранение

3.2.3. Обращение с РАО

Глава 4. Мирная атомная энергетика

3.1. Первые АЭС

3.2. Программа развития атомной энергетики СССР

Список литературы к главе 4

Глава 5. Радиационные факторы в структуре техногенных рисков

5.1. Радиационные риски

5.1.1. Последствия аварий в ядерном оружейном комплексе и атомной энергетике

5.1.2. Сравнительный анализ техногенных экологических рисков для здоровья населения

5.1.3. ОЯТ и социально-экологические программы

Список литературы к главе 5

Глава 6. Совершенствование системы управления в области обеспечения экологической безопасности и охраны окружающей среды на предприятиях атомного энергопромышленного комплекса

6.1. Задачи устойчивого развития

6.2. Системы экологического менеджмента

6.3. Зарубежный опыт внедрения систем экологического менеджмента

6.4. Российский опыт внедрения систем экологического менеджмента

6.5. Задачи развития системы отраслевого управления природоохранной деятельностью и экологической безопасностью

6.5.1. Оценка воздействия на окружающую среду и здоровье населения

6.5.2. Разработка научно обоснованных целевых программ по повышению экологической безопасности

6.5.3. Совершенствование правовой базы в области обеспечения экологической безопасности и охраны окружающей среды

6.5.4. Обоснование достигнутого уровня экологической безопасности отрасли для органов государственного управления и общественности и развитие взаимодействия с общественностью

Список литературы к главе 6

Глава 7. Разработка и реализация целевых программ в области обеспечения ядерной и радиационной безопасности

7.1. Федеральная целевая программа «Ядерная и радиационная безопасность России» на 2000-2006 годы

7.2. Первые программы по ликвидации ядерного наследия

7.2.1. Ликвидация объектов радиационного наследия в РНЦ «Курчатовский институт»

7.2.1.1. Общая характеристика проблемы

7.2.1.2. Методы и технологии радиационного обследования объектов

7.2.1.3. Применение робототехнических средств

7.2.1.4. Ликвидация объектов радиационного наследия

7.2.1.5. Особенности ликвидации объектов, содержащих высокоактивные отходы

7.2.1.6. Дистанционные средства диагностики радиационной обстановки при проведении реабилитационных работ

7.2.1.7. Итоги выполненных работ и оценка затрат

7.2.2. Комплексный план решения экологических проблем ПО «Маяк»

7.2.2.1. Мероприятия по оптимизации обращения с РАО

7.2.2.2. Обеспечение безопасной эксплуатации промышленных водоемов

7.2.2.3. Основные характеристики мероприятий Комплексного плана

7.2.2.4. Начало реализации Комплексного плана

7.3. Разработка программы на 2007 и последующие годы

7.4. Концепция федеральной целевой программы «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2008 год и на период до 2015 года»

7.4.2. Обоснование целесообразности решения проблемы программно-целевым методом

7.4.3. Характеристика и прогноз развития сложившейся проблемной ситуации в рассматриваемой сфере без использования программно-целевого метода

7.4.4. Возможные варианты решения проблемы, оценка преимуществ и рисков, возникающих при различных вариантах ее решения

7.4.5. Сроки и этапы решения проблемы программно-целевым методом

7.4.6. Предложения по целям и задачам Программы, целевым индикаторам и показателям, позволяющим оценивать ход реализации Программы по годам

7.4.7. Предложения по объемам и источникам финансирования Программы

7.4.8. Предварительная оценка ожидаемой эффективности и

результативности предлагаемого варианта решения проблемы

7.4.9. Предложения по механизмам формирования мероприятий Программы

Список литературы к главе 7

Глава 8. Организация реализации ФЦП «ЯРБ»

Глава 9. Приоритетные задачи развития блока ЯРБ

9.1. Развитие объектов инфраструктуры обращения с РАО

9.2. Развитие объектов инфраструктуры обращения с ОЯТ

9.3. Вывод из эксплуатации

9.4. Системы контроля и аварийного реагирования

8

10

15

15

27

44

45

49

56

63

64

66

69

71

73

76

82

112

115

120

120

126

136

145

146

147

157

169

173

177

179

180

182

187

191

195

196

197

198

198

206

208

211

214

216

216

234

238

238

241

241

244

249

251

252

252

252

253

258

258

259

261

261

262

264

269

274

276

285

291

293

294

297

305

305

312

325

326

328

333

335

339

345

347

347

350

353

355

359

361

363

366

369

371

374

374

377

378

378

381

387

389

395

399

404

404

406

408

412

413

415

422

423

427

428

429

435

436

437

439

440

447

Введение

Новый импульс развитию атомной энергетики, происходящему практически одновременно в десятках стран, обусловлен совокупностью экономических, экологических и геополитических факторов. Трудно представить, что он мог состояться спустя пять-десять лет после чернобыльской аварии. Слишком заметны, по сути, глобальны были ее радиологические последствия. Присутствие чернобыльской радиации даже в незначительных количествах порождало самые драматические ожидания относительно последствий для здоровья, и дискуссии, которые естественным образом трансформировались в решение дилеммы относительно того, быть или не быть атомной энергетике в будущем.

Справедливости ради следует отметить, что только в единичных случаях принимались решения о закрытии нормально функционирующих АЭС. И наоборот, строительство новых блоков продолжалось в весьма незначительном числе стран. Необходимо также подчеркнуть, что крупнейшие аварии на АЭС – американской «Три-Майл-Айленд» и нашей Чернобыльской – произошли в период чрезвычайно низких цен на нефть, что во многом повлияло на имевшиеся планы развития атомной энергетики.

Современная ситуация определяется совершенно иными характеристиками. Цены на энергоносители стремительно растут, но еще большими темпами растет потребность в энергоресурсах. Фактически объективные потребности диктуют свою волю, по сути, политическим решениям о развитии атомной энергетики. И они принимаются. В то же время возникает вопрос относительно того, насколько стабильна социальная приемлемость атомной энергетики: ведь крупные аварии не исчерпывают проблемные моменты ядерных технологий. Существуют проблемы обращения с отработавшим ядерным топливом и радиоактивными отходами, есть и так называемое ядерное наследие, связанное в основном с начальным этапом становления атомной индустрии, когда на первый план ставились вопросы создания ядерного оружия. У России это наследие особенно велико. Российский атомно-энергетический комплекс на протяжении первой четверти века своего существования строился как структура исключительно оборонного назначения и, в отличие от подавляющего большинства ситуаций в иных странах, наиболее долго был абсолютно изолирован. Информация о его существовании, масштабах и тем более содержании национальных программ в этой области была абсолютно закрыта для общественности, в особенности собственной страны. Указанные обстоятельства существенно утяжеляют груз так называемого ядерного наследия и предопределяют риски для развития, связанные с неверной трактовкой причин появления и масштабов опасностей, им порождаемых.

Ситуация с прояснением реального содержания ядерного наследия, а оно далеко не исчерпывается чисто оборонными работами, становится еще более актуальной, если обратить внимание на изданную за последнее время литературу по данному вопросу. К сожалению, она либо выполнена не на профессиональном уровне, либо поверхностно рассматривает имеющиеся проблемы, предлагая при этом нереальные пути их преодоления, либо рассчитана на популизм, что ведет, как правило, к запугиванию общественности. Исправить эти пробелы и призвана данная монография, которая раздвигает границы объективного информирования населения нашей страны.

Монография «Проблемы ядерного наследия и пути их решения» посвящена исследованию природы формирования «проблемы ядерного наследия» и его масштабов в контексте определения путей, исключающих их воспроизводство при реализации утвержденной Президентом Российской Федерации Программы развития атомной энергетики, а также обоснования целесообразности реализации соответствующего варианта развития. В работе исследуются теоретические вопросы и многолетняя практика эксплуатации различных объектов атомной энергетики, анализируются законодательства, регламентирующие отдельные аспекты использования атомной энергии в России и в отдельных зарубежных странах.

В монографии представлена краткая характеристика современных методов анализа рисков неблагоприятных последствий различной природы, связанных с ядерными и иными технологиями, включая риски для окружающей среды и здоровья населения, а также анализируются современные тенденции в области обеспечения безопасности при использовании атомной энергии, включая ядерную, радиационную и экологическую безопасность.

Авторы ставят своей целью дать общее представление о произошедшем в период 2005-2007 гг. пересмотре целей и задач развития российского атомного энергопромышленного комплекса, в том числе по важнейшим аспектам обеспечения ядерной и радиационной безопасности. Это поможет понять процедуры определения приоритетов при формировании основополагающих документов в области ядерной и радиационной безопасности. Как известно, эти работы завершились принятием нескольких федеральных целевых программ, включая ФЦП «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2008 год и на период до 2015 года».

Программа развития атомной энергетики и, особенно, ФЦП по обеспечению ядерной и радиационной безопасности продемонстрировали невозможность дальнейшего откладывания решения проблем ядерного наследия и обеспечения расширенного воспроизводства атомной энергетики. Вследствие ограниченности временных рамок этих программ (до 2015 г.) важны представления о более отдаленном будущем. В этой связи перед авторами также ставилась задача определения перспектив или хотя бы основных контуров решения проблем ядерного оборонного наследия и, что еще более трудно в силу большей долгосрочности, ядерного энергетического наследия, то есть проблемы обращения с ОЯТ и РАО.

В то же время принятие Программы развития атомной энергетики инициировало повышенный интерес и требовательность к вопросам обеспечения ядерной и радиационной безопасности. Следствием этого явился значительный объем научно-технических работ по идентификации накопленных проблем и методам их решения. При этом зачастую в качестве сложных проблем определялись небольшие научно-технические задачи или ситуации, не имевшие реального отношения к проблемным. Анализ всего объема исходных данных и поступивших предложений с позиций научной обоснованности, а также структурных и иных ограничений, накладываемых на финансируемые из средств Федерального бюджета работы, существенно редуцировал список исходных предложений.

Ситуация в сегодняшней России по сравнению с 1990-ми гг. значительно изменилась, в том числе в плане обеспечения безопасности на ядерных объектах. Достаточно сказать, что в течение последних 15 лет на предприятиях отрасли не произошло ни одного серьезного инцидента, связанного с переоблучением работников отрасли или радиационным загрязнением, не говоря уже об угрозе здоровью населения, проживающего вблизи предприятий атомной энергетики и промышленности.

Особое место в монографии занимает тема ядерного наследия первенца отечественной атомной промышленности ПО «Маяк». Это и понятно, ведь в конце 1950-х гг., когда вступали в строй основные производства предприятия, главным являлось своевременное изготовление для первой атомной бомбы «ядерной взрывчатки». В то же время многие вопросы ядерной и радиационной безопасности, с которыми пришлось столкнуться ученым и производственникам, со всей очевидностью проявились только после пуска комбината.

Практически впервые в нашей стране выходит книга, в которой коллективом авторов предпринята попытка по возможности комплексно рассмотреть проблемы ядерного наследия и его масштабы, источники накопления РАО, их объемы и места хранения, а также потенциальную опасность откладывания решения проблем в данной области.

Авторы монографии «Проблемы ядерного наследия и пути их решения» являются активными участниками развития атомной отрасли СССР и России. Это позволило им использовать в работе результаты и теоретических, и технологических наработок, выполненных за многие годы практической деятельности, изложить свои взгляды, дать оценки отдельных процессов, предложить пути дальнейшего развития предприятий отрасли с учетом решения накопленных проблем. Вместе с тем авторы надеются, что данная работа, не претендуя на исчерпывающее изложение всех проблем, даст новый толчок более полному освещению вопросов, связанных с радиационным наследием, и предпринимаемых усилий по его скорейшему решению.

Глава 1. Радиация и новые аспекты безопасности

1.1. Становление подходов в области радиационной защиты человека и окружающей среды

Проблема опасности ионизирующих излучений и радиоактивных веществ начала осознаваться буквально сразу после их открытия. В январе 1896 г. вышла в свет брошюра К. Рентгена о свойствах открытых им Х-лучей. Несколько месяцев спустя, в марте 1896 г., следует открытие Анри Беккерелем естественной радиоактивности. Новые открытия, главным образом рентгеновские лучи, находят широкое применение в медицине. По оценкам выдающегося радиобиолога С. П. Ярмоненко [1], за год после этих открытий было издано 49 книг и более 1000 статей об использовании Х-лучей в медицине. И уже в 1896 г. появились первые сообщения о поражениях кожи у лиц, много экспериментировавших с Х-лучами.

Именно эти годы принято считать стартом новой науки – радиобиологии. Принято [1] выделять три этапа её развития. Первый, описательный, этап характеризуется накоплением данных и попытками осмысления биологических реакций на облучение. В 1922 г. Ф. Дессауэром была предложена теория дискретных событий – актов ионизации в чувствительном объеме. Это событие ознаменовало начало второго этапа развития радиобиологии, продолжавшегося до середины 1940-х гг. Он связан со становлением фундаментальных принципов количественной радиоэкологии и установлением связи наблюдаемых эффектов с величиной поглощенной дозы. Третий этап, продолжающийся до настоящего времени, – это развитие количественной радиобиологии на всех уровнях от молекулярного до организма человека. Переход к нему связан с новым масштабом задач, обусловленных развитием ядерных технологий и методов биологического анализа.

Важно отметить, что в отличие от медицины, где ионизирующие излучения и радиоактивные вещества сразу нашли широкое применение, другие сферы применения радиоактивности вплоть до 1930-х гг. считались весьма дискуссионными.

Так, в 1933 г. выдающийся английский физик Э. Резерфорд в письме Британской ассоциации указывал: «Эти превращения атомов представляют исключительный интерес для ученых, но мы не можем управлять атомной энергией в такой степени, чтобы это имело какую-нибудь коммерческую ценность. И я считаю, что вряд ли мы когда-нибудь способны будем это сделать. Наш интерес к этой проблеме – чисто научный».

Следует также привести слова из доклада В. И. Вернадского «Задачи дня в области радия» на годичном собрании Академии наук (1910 г.), характеризующего открытие явления радиоактивности как переворот в научном мировоззрении: «Перед нами открываются в явлениях радиоактивности источники атомной энергии, во много раз превышающие все те источники сил, какие рисовались человеческому воображению. С надеждой и опасением всматриваемся мы в нашего союзника и защитника».

Открытие в начале 1939 г. деления ядра урана и обоснование возможности протекания в уране цепной ядерной реакции деления дали старт бурному развитию атомной науки и ядерных технологий. Начавшаяся вторая мировая война обусловила их исключительно оружейную направленность, по крайней мере, на первые десятилетия.

Вплоть до этого периода вопросы защиты здоровья человека от действия ионизирующих излучений беспокоили главным образом рентгенологов. В 1928 г. на втором радиологическом конгрессе был создан Комитет по защите от рентгеновских лучей и радия. В 1950 г. Комитет был преобразован в Международную комиссию по радиационной защите (МКРЗ). Изначально Комиссия занималась вопросами медицинской радиологии, однако со временем область ее деятельности расширилась, и в наши дни охватывает все аспекты радиационной защиты, что нашло свое отражение в Уставе МКРЗ.

МКРЗ состоит из главной комиссии (Main Commission) и 5 комитетов. Состав главной комиссии меняется каждые 4 года; изменение состава МКРЗ происходит путем кооптации, и такой подход способствует закреплению консерватизма.

Периодически МКРЗ публикует документы (рекомендации). Они носят рекомендательный характер и предлагаются национальным комиссиям в качестве основы для выработки на внутригосударственном уровне соответствующих нормативов и регламентов.

Свой первый доклад МКРЗ издала в 1958 г. [2]. Он начал серию докладов, получив первый номер (Публикация 1), и содержал рекомендации, которые были приняты и одобрены в сентябре 1959 г. Следующие общие рекомендации были опубликованы в 1964 г. (Публикация 6), 1966 г. (Публикация 9) и в 1977 г. (Публикация 26). В течение последующих более чем 10 лет над Публикацией 26 была проведена большая работа, что нашло свое отражение в рабочих документах совещаний МКРЗ. Их итогом стало появление в 1991 г. Публикации 60, содержащей основные рекомендации в области радиационной защиты.

Помимо основных рекомендаций МКРЗ издает публикации, посвященные отдельным проблемам обеспечения радиационной безопасности (радиационный терроризм, медицинское облучение и пр.).

С момента выхода в 1991 г. Публикации 60 МКРЗ в различных странах мира был накоплен большой практический опыт; были получены новые научные данные в области радиобиологии, радиационной безопасности и защиты, направленные, прежде всего, на возможность повышения точности оценок радиационно-обусловленного риска и выработку на этой основе нормативов приемлемого уровня защиты человека. Это привело к разработке и выходу в 2007 г. новых Рекомендаций МКРЗ (Публикация 103).

Действующие в настоящее время в России Нормы радиационной безопасности (НРБ-99) были разработаны на основе предыдущих Рекомендаций МКРЗ 1990 г. В целом система радиологической защиты, принятая в НРБ-99, не отличается радикально от системы защиты новых Рекомендаций. Таким образом, при разработке новых отечественных нормативов в первую очередь следует уделять внимание унификации подходов и понятий. Это тем более важно в свете перспектив международного сотрудничества.

Интересно проследить эволюцию подходов к обеспечению радиационной защиты. В первое время в центре ее внимания были вопросы допустимых уровней профессионального облучения. С развитием атомной энергетики и промышленности в 1950–1960-е гг. стали устанавливаться пределы доз облучения не только для профессионалов, но и для населения в целом. Немалую роль в этом сыграла и атомная бомбардировка японских городов Хиросима и Нагасаки, когда облучению подверглось большое количество людей. С развитием радиационной генетики кроме воздействия облучения на здоровье облучаемого стала очевидной необходимость учитывать и возможность проявления последствий облучения в следующих поколениях.

В последней публикации МКРЗ (103), вышедшей в 2007 г., рассматривается вопрос обеспечения защиты биоты.

В 1955 г. при ООН был организован Научный комитет по действию атомной радиации (НКДАР). Его задача – сбор и анализ международной информации о различных аспектах действия излучений на живые организмы. Периодически НКДАР получает задания от Генеральной Ассамблеи и выпускает научные доклады. К их написанию привлекаются и МКРЗ, и ВОЗ. Всего с начала своей деятельности НКДАР опубликовал 16 основных докладов, которые являются важным обобщением научной информации.

Создание НКДАР в немалой степени связано со стремлением прекратить ядерные испытания. Первоначально в состав НКДАР входили 15 членов ООН, в том числе Аргентина, Австралия, Бельгия, Бразилия, Канада, Чехословакия, Египет, Франция, Индия, Япония, Мексика, Швеция, Великобритания, США и СССР. Его первая сессия состоялась в Нью-Йорке в марте 1956 г.

Уже в 1958 и 1962 гг. Генеральной Ассамблее ООН были представлены два всеобъемлющих доклада с обобщенными сведениями об уровнях облучения человека и о последствиях радиационного воздействия. Именно эти доклады создали научную основу для решения вопроса о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космосе и под водой, подписанного в 1963 г.

В течение последующих десятилетий НКДАР становится официальным авторитетным источником сведений относительно уровней и последствий воздействия радиации в результате использования атомной энергии как в мирных, так и в военных целях. Еще в самом начале своей деятельности, в 1955 г., НКДАР пришел к выводу о том, что медицинское облучение вносит наиболее существенный вклад в облучение от техногенных источников. Это положение верно и на сегодняшний день. Комитет периодически проводит обзор и оценку глобальных и локальных воздействий, обусловленных как медицинским облучением в диагностических либо терапевтических целях, так и облучением населения и профессиональных работников. Эти обзоры имеют большое значение прежде всего для деятельности таких международных организаций, как МАГАТЭ, МКРЗ, ВОЗ и др.

Комитет проводит регулярную переоценку результатов наблюдений за когортой пострадавших при бомбардировке японских городов Хиросима и Нагасаки в 1945 г. а также других облученных групп. Эти обобщения создают научную основу для выработки рекомендаций МКРЗ, предлагающих стандарты обеспечения радиационной защиты.

В 1973 г. в НКДАР вошли 5 новых членов – Германия, Индонезия, Перу, Польша и Судан, а в 1986 г. – Китай. (В настоящее время 21 страна входит в число членов НКДАР.)

В 1974 г. НКДАР вошел в число организаций, осуществляющих консультационную поддержку Программы развития ООН.

Вскоре после чернобыльской аварии НКДАР принял участие в оценке ее последствий. Уже в 1988 г. были опубликованы первые результаты относительно острых радиологических последствий у ликвидаторов и о глобальном воздействии аварии. В докладе 2000 г. приводится обобщение данных по дозам и эффектам облучения, вызванным последствиями чернобыльской аварии. Позже НКДАР принял участие в Чернобыльском форуме, проходившем под эгидой МАГАТЭ.

В последнее десятилетие большое внимание уделялось наследию «холодной войны». Позже предметом анализа и обобщения стали вопросы воздействия природных радиоактивных материалов, биологические эффекты облучения в малых дозах и влияние облучения на другие биологические виды.

В 2000–2001 гг. был издан последний обширный доклад НКДАР.

В настоящее время в программе деятельности Комитета – официальное обобщение и представление информации по следующим вопросам:

·  риск облучения от радона;

·  эпидемиологические исследования по канцерогенным и неканцерогенным последствиям облучения;

·  влияние радиации на иммунную систему;

·  реакции на клеточном уровне.

Составляются обзоры по медицинскому облучению, облучению населения и профессионалов, облучению вследствие радиационных аварий, последствиям чернобыльской аварии, радиационному воздействию на биоту (биологические виды за исключением человека).

В 2006 г. был издан 1 том очередного доклада Комитета.

Задача установления контроля над ядерными материалами и технологиями впервые была поставлена на сессии Генеральной ассамблеи ООН в 1953 г. Официально же датой рождения Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) считается 1957 г., когда был ратифицирован его устав. МАГАТЭ, образованное вскоре после войны, до настоящего времени играет важную роль в обеспечении режима нераспространения и безопасности ядерных технологий.

Существенное место в деятельности МАГАТЭ занимает установление и внедрение рекомендуемых международных стандартов и рекомендаций в области безопасности при использовании атомной энергии. Стандарты издаются в виде серии публикаций и охватывают вопросы ядерной безопасности, радиационной защиты, обращения с радиоактивными отходами, перевозки радиоактивных материалов, безопасности предприятий ЯТЦ, обеспечение качества. Первая публикация агентства «Безопасное обращение с радиоизотопами» увидела свет в 1958 г. С тех пор было опубликовано более 200 стандартов. В них нашел отражение накопленный за 50 лет опыт, что обусловило их широкое применение во всем мире. Последний из них, вышедший в 2006 г. – «Основные принципы защиты». Помимо стандартов среди изданий МАГАТЭ – различные книги, обзоры, научные доклады, журналы и буклеты.

Стандарты безопасности, вырабатываемые на основе научных докладов НКДАР и рекомендаций МКРЗ, задают уровень деятельности государств по выработке национальных стандартов.

В 2006 г. был выполнен обзор базовых стандартов безопасности (BSS). Несмотря на то, что необходимость анализа не была вызвана какими-то революционными изменениями, тем не менее, МАГАТЭ сочло целесообразным учесть все последние достижения в этой области.

Если дать международным организациям краткую характеристику, то анализ данных по воздействию радиации на здоровье человека – это НКДАР ООН, выработка конкретных рекомендаций по радиационной защите – МКРЗ, генерация международных соглашений и стандарты безопасности в области безопасного использования атомной энергии – МАГАТЭ.

Таким образом, радиационная защита проделала большой путь. Начав с элементарного регламентирования продолжительности и уровня радиационного воздействия на организм человека, радиационная защита трансформировалась в многоуровневую систему, подкрепляемую комплексом фундаментальных и прикладных научных дисциплин, среди которых:

·  радиобиология;

·  радиационная эпидемиология;

·  радиоэкология и сельскохозяйственная радиология;

·  радиационная гигиена;

·  радиационная медицина;

·  дозиметрия.

Если на начальном этапе применения рентгенологических, радиационных и ядерных технологий принципиальным являлось достижение нового результата, то на последующих этапах все большее значение начала играть безопасность этих технологий. Уже к началу 1950-х гг. сформировались два базовых понятия, характеризующие безопасность ядерных технологий – это ядерная и радиационная безопасность.

Вопреки широко распространенным представлениям количество произошедших в мире ядерных и радиационных инцидентов относительно невелико. За все время применения ядерных технологий в мире произошло менее 30 ядерных аварий с самопроизвольной цепной реакцией. Примерно половина из них – в СССР и России (рис. 1.1) [3].

Рис. 1.1. Хронология и количество промышленных ядерных аварий

Характеризуя состояние современной системы радиационной защиты в целом, следует выделить несколько важных особенностей.

Во-первых, это чрезвычайно высокий уровень ее практической реализации. Фактически ни в одной другой области охраны труда предложенные по сути консультационным органом ограничения облучения персонала и населения не соблюдаются так строго.

Во-вторых, ее внутреннюю противоречивость в вопросах, касающихся линейной беспороговой концепции в части, относящейся к защите биоты и по ряду других позиций.

В-третьих, неадекватное восприятие обществом позиции наиболее авторитетных организаций по таким ключевым вопросам, как надежность системы защиты нынешнего и последующих поколений, оценка последствий радиационных аварий. Ярким примером последнего является восприятие общественностью таких беспрецедентно крупных международных экспертиз последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, как Международный чернобыльский проект [4], Чернобыльский форум [5], Доклад НКДАР ООН (2000 г.) [6], отчет по заказу ПРООН и ЮНИСЕФ о гуманитарных последствиях аварии на Чернобыльской АЭС (2002 г.) [7].

Одна из первых инициатив в проведении международной научной экспертизы радиологических последствий чернобыльской аварии для населения Европы принадлежала ВОЗ. Уже в августе 1986 г. в Вене состоялась первая международная конференция по анализу причин аварии и оценке ее последствий, организованная по инициативе МАГАТЭ. На конференции советскими специалистами были представлены первые прогнозные оценки по радиогенным онкологическим заболеваниям. В 1988 г. на международной конференции в Киеве эти оценки были детализированы.

Следующий опыт международной экспертизы относится к 1989–1991 гг., когда МАГАТЭ по просьбе Правительства СССР организовало Международный чернобыльский проект. Перед авторитетными зарубежными экспертами были поставлены задачи оценки истинных масштабов загрязнения территории, доз облучения, фактических и потенциальных последствий облучения для здоровья и эффективности защитных мер. Основные выводы международной экспертизы по последствиям для здоровья, представленные в докладе Международного консультативного комитета Международного чернобыльского проекта, были следующими:

- будущее увеличение числа всех раковых заболеваний или наследственных изменений по сравнению с естественным уровнем будет настолько мало, что его трудно будет статистически определить даже при широкомасштабных и хорошо организованных эпидемиологических исследованиях;

- в будущем возможно статистически определяемое увеличение случаев возникновения опухолей щитовидной железы.

В апреле 1996 г. в Вене была проведена следующая международная конференция «Десять лет после Чернобыля: Что мы действительно знаем?» [8]. Конференцию организовали Европейская комиссия, МАГАТЭ и ВОЗ для анализа первых результатов широкомасштабных эпидемиологических исследований. По итогам конференции международное научное сообщество пришло к выводу, что собственно радиологические последствия аварии сравнительно невелики, а основной ущерб обществу связан с гипертрофированным восприятием радиационной опасности и неадекватным управлением чрезвычайной ситуацией.

Этот базовый вывод подтвержден и в отчете НКДАР от 2000 г., и в документах Чернобыльского форума, суммировавших результаты исследований за период после 2000 г.

Однако поскольку выводы науки в отношении последствий чернобыльской аварии для здоровья, включая итоги международных экспертиз, до сих пор не принимаются общественностью, поскольку они противоречат мифам, сложившимся в общественном мнении на почве регулярных сенсаций начала 1990-х гг. о чудовищных радиологических последствиях Чернобыля, и исходя из необходимости консолидации позиций всех институтов общества по последствиям Чернобыля на научной основе, МАГАТЭ выступило в начале 2003 г. с инициативой организовать Чернобыльский форум. Инициативу поддержали другие организации ООН: организация по вопросам продовольствия и сельского хозяйства (ФАО), Бюро по координации гуманитарной деятельности, Программа развития, Программа по окружающей среде, НКДАР ООН, Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), а также Всемирный банк и компетентные органы Республики Беларусь, Российской Федерации и Украины.

Основная идея форума – оценить медицинские, экологические и социально-экономические последствия Чернобыля спустя 20 лет после катастрофы. Для подготовки итогового документа была создана международная группа ученых и специалистов (более 100 человек), которая в течение 2003–2005 гг. провела ряд рабочих совещаний для выработки объективных (научно обоснованных) оценок последствий крупнейшей техногенной катастрофы.

6–7 сентября 2005 г. в Вене состоялся Чернобыльский форум. Особое место в обсуждении и итоговом документе заняли основные результаты и выводы проведенных в Беларуси, Российской Федерации и Украине крупномасштабных радиационно-эпидемиологических исследований.

В основных выводах Чернобыльского форума говорится:

«1. Чернобыльская авария в 1986 г. была самой тяжелой ядерной аварией в истории мировой атомной промышленности. Вследствие огромного выброса радионуклидов она стала и крупнейшей радиационной аварией. Однако с годами, по мере снижения уровней излучения и накопления гуманитарных последствий, на первое место постепенно вышли тяжелая социально-экономическая депрессия пострадавших районов Беларуси, России и Украины и серьезные психологические проблемы их населения и аварийных работников.

2. Из более чем 700 тысяч аварийных работников и пяти миллионов жителей загрязненных районов Беларуси, России и Украины большинство получило небольшие уровни облучения, сравнимые с природным радиационным фоном, без видимых последствий для здоровья.

Исключение составляют несколько сот аварийных рабочих, получившие высокие дозы; из их числа около 50 человек умерли от лучевой болезни и ее последствий. Всего ожидается, что радиация станет причиной преждевременной смерти около 4000 человек из числа 600000 человек, подвергшихся наибольшему облучению после чернобыльской аварии.

Другой группой пострадавших от радиации являются дети и подростки, получившие в 1986 г. значительные дозы в щитовидной железе вследствие потребления молока, содержащего радиоактивный йод. Всего в 1992–2003 гг. зарегистрировано около 4000 случаев рака щитовидной железы в этой популяции; более 99% их успешно вылечены.

3. Уровни излучения в окружающей среде снизились с 1986 г. в сотни раз вследствие природных процессов и защитных мер, благодаря чему большинство ранее загрязненных территорий безопасны для проживания и хозяйственной деятельности. Однако в 30-километровой зоне вокруг ЧАЭС и на отдельных участках местности в Беларуси, России и Украины ограничения землепользования сохранятся на предстоящие десятилетия...» [5].

К подобному выводу задолго до Чернобыля пришли и российские ученые. Накопленный в области обеспечения радиационной безопасности потенциал в полной мере оказался востребован в ходе преодоления последствий чернобыльской катастрофы. Решающий вклад в смягчение последствий аварии внесли научные коллективы под руководством таких ведущих ученых, как Ю. А. Израэль (загрязнение окружающей среды), Л. А. Ильин, П. В. Рамзаев (радиационная защита населения) и Р. М. Алексахин (защитные меры в сельском хозяйстве), А. Ф. Цыб (радиационная эпидемиология). Работы этих коллективов позволили накопить и систематизировать уникальную информацию по последствиям крупной радиационной аварии для окружающей среды и человека. Однако высокий научный потенциал, накопленный в отдельных отраслях знаний, не всегда был востребован, а иногда и игнорировался при принятии решений по защите населения. В наибольшей степени это проявилось в 1990–1991 гг. при формировании законодательства, регулирующего вопросы преодоления последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС.

Круг научных и практических организаций, занимавшихся различными аспектами радиационной безопасности, существенно расширился после чернобыльской катастрофы. В первую очередь следует отметить появление многих научных центров и лабораторий в различных странах, в том числе в России, на Украине и в Беларуси.

Интенсификация научных исследований дала определенные плюсы, однако и породила проблемы. Не имея соответствующей научной школы, новые коллективы стали практиковать упрощенный подход к оценке радиологических эффектов: без должной контрольной группы, без комплексного анализа воздействующих на здоровье факторов, но зато с громким результатом и поводом для заявок на новое финансирование. В большинстве случаев полученные подобным образом данные после тщательного анализа отвергаются авторитетными научными организациями. Тем не менее они обычно успевают стать достоянием публики, дезориентируя общественность и руководителей государств.

1.2. Организация обеспечения ядерной и радиационной безопасности в СССР и России

В силу чрезвычайной секретности, характерной для СССР в целом, и ядерной оборонной программы в особенности, вопросы обеспечения ядерной и радиационной безопасности также на протяжении нескольких десятилетий являлись закрытой сферой деятельности.

Однако закрытость совсем не означала невнимание к данным проблемам. Функционирование всех предприятий атомной промышленности сопровождалось буквально с первых шагов кропотливой и самоотверженной работой медиков и других специалистов в области радиационной медицины, дозиметрии и радиационной гигиены. Для этого было создано специальное Третье главное управление при Министерстве здравоохранения СССР (ныне Федеральное медико-биологическое агентство), в состав которого входили медико-санитарные части, промсанлаборатории и крупные научные организации.

В определенный, главным образом стартовый этап работы первых предприятий отрасли безусловным приоритетом являлся выпуск оборонной продукции. В совокупности с отсутствием опыта обеспечения радиационной безопасности это привело к значимому количеству профессиональных заболеваний. Однако уже к концу 1950-х гг. радиационная безопасность персонала обеспечивалась на высоком уровне.

В 1967 г. были введены новые нормы радиационной безопасности, которые в целом соответствовали рекомендациям МКРЗ. В последующем национальная система радиационной защиты эволюционно развивалась в русле принятых в мире подходов. Определяющую роль в развитии системы обеспечения радиационной безопасности играла Российская научная комиссия по радиационной защите, которую на протяжении многих лет возглавлял академик Л. А. Ильин. Администрирование функционирования осуществлялось параллельно по линии Государственной санитарной службы союзного Минздрава и по линии Третьего главного управления того же ведомства в части атомной и ряда других отраслей промышленности и населения закрытых территорий.

В области обеспечения безопасности самих объектов ситуация была несколько иной. Вплоть до 1966 г. управление атомной промышленностью и обеспечением ядерной и радиационной безопасностью полностью замыкалось на отраслевых структурах Минсредмаша. При этом зачастую единственными надзорными органами являлись организации Третьего главного управления Министерства здравоохранения СССР и специальной прокуратуры.

Как считает большинство экспертов, фундаментальной причиной, приведшей к чернобыльской аварии, стало решение о передаче почти всех АЭС из ведения Минсредмаша в ведение Минэнерго. В результате атомная энергетика страны оказалась фактически оторванной от своей сырьевой, производственной и кадровой базы, от накопленного десятилетиями производственного опыта работы на ядерно-опасных предприятиях, а руководство АЭС из рук профессионалов-атомщиков перешло в руки, по существу, случайных для атомной отрасли людей.

Высокий уровень требований, предъявляемых к проектированию и сооружению атомных электростанций, предопределил на первом этапе сосредоточение всех выполняемых работ в Первом главном управлении при Совете Министров СССР. В короткие сроки была создана научная база, проектные, конструкторские и строительные организации, промышленные предприятия. В стране возникла новая отрасль народного хозяйства во главе с Министерством среднего машиностроения СССР.

27 июня 1954 г. состоялся пуск первой в мире атомной электростанции в г. Обнинске. Ее мощность по современным меркам была невелика – всего 5 тыс. кВт, однако достаточна, чтобы на практике подтвердить правильность научных и технических решений, примененных в проекте, и обосновать переход к крупномасштабному внедрению АЭС в энергетику.

Первая, фактически нереализованная в полном объеме, программа развития атомной энергетики в СССР, разработанная по инициативе И. В. Курчатова, была принята по решению Совмина СССР 15 марта 1956 г. В решении было записано:

- построить за пять лет атомные электростанции суммарной мощностью 2175 МВт, в том числе в Минсредмаше 775 МВт, в Министерстве электростанций – 1400 МВт, в том числе Белоярскую АЭС мощностью 400 МВт с двумя реакторами АМБ, Сысертскую АЭС мощностью 400 МВт с двумя реакторами КС, Московскую ТЭЦ мощностью 400 МВт с двумя реакторами ВВЭР, Ленинградскую ТЭЦ (до середины 1980-х гг. все АЭС в официальных документах назывались ТЭЦ или ГРЭС) мощностью 200 МВт с одним реактором ВВЭР;

- Минсредмашу построить в г. Мелекессе (ныне г. Димитровград) опытную станцию для испытания новых ядерных котлов суммарной мощностью 200 МВт, включая реакторы БН-50, ТГ-50, ВК-50, ГН-50.

С 1957 г. в мировой энергетике началась эпоха строительства гражданских атомных электростанций. К этому времени промышленность уже была готова выполнять специальные заказы для атомной энергетики, что позволило приступить к сооружению не только канальных промышленных уран-графитовых реакторов, но и водо-водяных реакторов под давлением.

В 1965 г. Белоярская и Нововоронежская атомные электростанции произвели 1,4 млрд кВт.ч электроэнергии. С этого времени уран стал фигурировать в структуре первичных энергетических ресурсов страны наряду с углем, нефтью, газом, и его доля начала постоянно увеличиваться.

Главными задачами в области атомной энергетики на 1959–1965 гг. считались проведение научно-исследовательских, проектных и конструкторских работ по созданию энергетических реакторов, а также проверка на опытно-промышленных и лабораторных установках различных типов реакторов и схем АЭС для отбора из них наиболее экономичных и высоконадежных в эксплуатации.

Темпы развития атомной энергетики в этот период были невысоки, что во многом определялось бурным развитием гидро - и теплоэнергетики. Так, первые энергоблоки Белоярской и Нововоронежской АЭС строились одновременно с крупнейшими ГЭС Волжского каскада – Куйбышевской и Сталинградской, гигантскими Братской и Красноярской ГЭС, крупными теплоэлектростанциями.

В 1966 г. был принят государственный план строительства АЭС до 1977 г. общей мощностью 11,9 тыс. МВт. Однако время внесло свои коррективы, и в 1971 г. была принята новая программа строительства АЭС до 1980 г., которая предусматривала повышение мощности АЭС уже до 26,8 тыс. МВт.

Программой развития атомной энергетики, принятой в 1980 г., предусматривались ввод до 1990 г. дополнительно 66,9 тыс. МВт и доведение суммарной установленной мощности АЭС в 1990 г. до 100 тыс. МВт.

Исторически сложилось так, что эксплуатация первой АЭС (она имела статус опытно-промышленного объекта), построенной в Обнинске, осуществлялась Министерством среднего машиностроения СССР. Такое положение сохранялось вплоть до полного прекращения ее работы. В систему Минсредмаша вошли еще две атомные станции, на которых были построены и введены в работу головные энергоблоки с реакторами РБМК-1000 (Ленинградская АЭС) и РБМК-1500 (Игналинская АЭС). Управление эксплуатацией этих станций осуществлялось специалистами Минсредмаша.

Управление эксплуатацией всех других АЭС было поручено Министерству энергетики и электрификации СССР. Атомная энергетика стала подотраслью крупной электроэнергетической отрасли со всеми вытекающими отсюда (типовыми для обычных электростанций) условиями функционирования, такими, например, как безусловное выполнение указаний диспетчерских служб, участие АЭС в регулировании частоты и мощности в энергосистеме.

В Минэнерго СССР в 1966 г. было образовано Главное управление по эксплуатации атомных электростанций – Главатомэнерго, которое возглавил А. Н. Григорьянц, участник создания Обнинской АЭС и ее первый главный инженер. Главным инженером Главатомэнерго назначили опытного энергетика Г. В. а.

В связи с обширными планами строительства крупных АЭС для обеспечения их реализации в составе Министерства энергетики и электрификации СССР в 1970 г. было образовано специализированное подразделение – Главатомэнергострой. Оно возникло на основе существовавшей с 1960-х гг. структуры, занимающейся строительством АЭС.

В состав этого подразделения из других главков министерства передали ряд строительно-монтажных организаций, расположенных в районах будущего строительства АЭС. Большинство организаций, кроме управлений строительства Нововоронежской и Кольской АЭС, не были связаны с атомной тематикой. Впоследствии эта структура совершенствовалась, меняла название, пока не была упразднена в связи с передачей АЭС в Министерство атомной энергетики СССР.

В середине 1970-х гг. в целях совершенствования организационной структуры министерств и ведомств, повышения заинтересованности в результатах управленческой деятельности было принято решение о создании в министерствах всесоюзных промышленных объединений (ВПО), обладавших большой хозяйственной самостоятельностью. В соответствии с этим решением в 1976 г. на базе Главатомэнерго Минэнерго СССР было образовано ВПО «Союзатомэнерго».

Все действующие и строящиеся атомные электростанции (кроме первой, Ленинградской, Игналинской, Ровенской и Крымской АЭС) вошли в состав ВПО «Союзатомэнерго». Объединение решало две главные задачи – обеспечивало производство электроэнергии и выполняло функции заказчика по строительству атомных станций. Вопросы строительства АЭС и ввода их в действие постоянно находились под пристальным контролем директивных органов и практически постоянно обсуждались на заседаниях у заместителей Председателя Совета Министров СССР, курировавших энергетику.

В Минсредмаше были сосредоточены все предприятия и организации, от которых в решающей степени зависела надежная и безопасная работа АЭС. В первую очередь это Институт атомной энергии имени И. В. Курчатова и Физико-энергетический институт, осуществлявшие научное руководство проектами; опытно-конструкторское бюро «Гидропресс», Научно-исследовательский и конструкторский институт энерготехники, Особое конструкторское бюро машиностроения – главные конструкторы ядерных реакторов. В составе Минсредмаша функционировали первая специализированная надзорная организация Госатомнадзор и Межведомственный технический совет по атомным электростанциям, который возглавлял академик А. П. Александров.

В Минэнерго СССР таких организаций не было, поэтому вся работа по обеспечению надежной и безопасной работы АЭС осуществлялась в тесном и постоянном взаимодействии со специализированными организациями Минсредмаша, без участия которых было невозможно решить ни одного технического вопроса.

В системе Минэнерго СССР тоже стали создавать предприятия атомно-энергетического профиля. В 1979 г. был организован Всесоюзный научно-исследовательский институт по эксплуатации атомных электростанций (ВНИИАЭС). В 1983 г. создали два производственных объединения – «Атомэнергоналадка» и «Атомэнергоремонт». Все три организации входили в состав ВПО «Союзатомэнерго» на правах производственных объединений и обладали высоким уровнем хозяйственной самостоятельности.

Благодаря усилиям Минсредмаша и Минэнерго в период до чернобыльской аварии были достигнуты значительные успехи в развитии атомной энергетики, а именно:

·  введены в действие 39 энергоблоков АЭС единичной мощностью от 12 МВт (Билибинская АЭС) до 1500 МВт (Игналинская АЭС);

·  наибольший ввод мощности достигнут в 1981–1985 гг. – 15,82 МВт, в том числе в 1985 г. – 5,0 МВт; в 1985 г. на АЭС СССР было произведено 167,4 млрд кВтч электроэнергии, что составило около 11% объема производства электроэнергии в стране;

·  коэффициент использования установленной мощности в 1985 г. в целом по АЭС составил 77,8%, в том числе на 12 энергоблоках он превысил 85%, а на двух – 90% (на четвертом энергоблоке Ленинградской АЭС – 91,1%, четвертом энергоблоке Нововоронежской – 92,8%).

После чернобыльской аварии в управлении атомной энергетикой начались поиски новых структурных образований, направленных на повышение безопасности эксплуатации АЭС. 21 июля 1986 г. было создано Министерство атомной энергетики СССР, которому передали все действующие и строящиеся АЭС, а также проектные, наладочные, ремонтные и другие организации, выполнявшие заказы для атомной энергетики. Возглавил Минатомэнерго Н. Ф. Луконин, работавший ом Игналинской АЭС. В том же году ликвидировали ВПО «Союзатомэнерго».

Летом 1989 г. Минсредмаш и Минатомэнерго преобразовали в единое Министерство атомной энергетики и промышленности во главе с В. Ф. Коноваловым. В январе 1992 г. было создано Министерство Российской Федерации по атомной энергии, а министром стал В. Н. Михайлов.

В 1992 г. президентским указом в рамках Минатома России была создана организация, эксплуатирующая атомные станции – концерн «Росэнергоатом», который возглавил Э. Н. Поздышев. Концерн стал эксплуатирующей организацией восьми АЭС с 24 энергоблоками. Самостоятельной эксплуатирующей организацией являлась Ленинградская АЭС с четырьмя энергоблоками, подчинявшаяся непосредственно Минатому России.

К концу XX века установленная мощность атомных станций России составила 21242 МВт. На АЭС вырабатывалось около 15% всей электроэнергии в стране и 31% – в ее европейской части. В 2000 г. АЭС России произвели 128,9 млрд кВт·ч электроэнергии, перевыполнив плановое задание на 4,9%.

В. Н. Михайлова на посту министра Российской Федерации по атомной энергии в марте 1998 г. сменил Е. О. Адамов; с марта 2001 г. этот пост занимал А. Ю. Румянцев. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» Минатом России был упразднен, а его функции перешли к вновь созданному Федеральному агентству по атомной энергии. В ноябре 2005 г. руководителем Росатома был назначен С. В. .

До 1983 г. в области использования атомной энергии в стране не существовало органа, созданного специально для государственного регулирования ядерной и радиационной безопасности, включая осуществление контроля и надзора за безопасным ведением работ на объектах атомной энергетики. Основные функции надзора за ядерной безопасностью были возложены на Государственную инспекцию по ядерной безопасности СССР (Госатомнадзор) Министерства среднего машиностроения (Государственного комитета по использованию атомной энергии СССР). Контроль и надзор за технической безопасностью на объектах атомной энергетики являлся компетенцией Государственного комитета СССР по надзору за безопасным ведением работ в промышленности и горному надзору (Госгортехнадзор СССР).

В функции этого органа в сфере атомной энергетики входило осуществление государственного надзора за технической безопасностью при сооружении и эксплуатации атомных станций, а также при изготовлении и эксплуатации оборудования для них; регистрация объектов атомной энергетики, выдача разрешений на их эксплуатацию, а также выдача разрешений на право изготовления, монтажа и ремонта оборудования для объектов атомной энергетики. Кроме того, Госгортехнадзор осуществлял контроль за разработкой и совершенствованием действующих правил и норм технической безопасности в атомной энергетике.

В связи с количественным ростом объектов атомной энергетики и особым значением обеспечения безопасного режима их работы в 1983 г. был создан новый функциональный орган – Государственный комитет по надзору за безопасным ведением работ в атомной энергетике (Госатомэнергонадзор СССР), в специальное ведение которого была выделена контрольно-надзорная деятельность в сфере атомной энергетики. Впервые спустя почти 30 лет после пуска в Советском Союзе первой в мире атомной электростанции в области использования атомной энергии был создан относительно независимый надзорный орган. Причем с момента своего создания и до начала 1990-х гг. этот орган имел весьма ограниченную сферу регулирования, включавшую в себя использование атомной энергии исключительно в мирных целях. Госатомэнергонадзор осуществлял надзор за такими предприятиями, как атомные электростанции и специализированные комбинаты «Радон», не вмешиваясь в деятельность, каким-либо образом связанную с обороной.

Эта деятельность была полностью поднадзорна Министерству среднего машиностроения СССР (в части создания ядерных боеприпасов для ядерного оружия) и Министерству обороны СССР (в части эксплуатации ядерных боеприпасов и ядерного оружия), в составе которых имелись соответствующие инспекционные подразделения, осуществлявшие ведомственный надзор за безопасностью.

В 1989 г. в результате реорганизации системы органов государственного управления в СССР оба комитета были объединены в единый для всей промышленности страны орган надзора – союзно-республиканский Комитет СССР по государственному надзору за безопасным ведением работ в промышленности и атомной энергетике (Госпроматомнадзор СССР). Ему был поручен надзор за безопасным ведением работ на атомных электростанциях и судах морского флота с ядерными энергетическими установками. Все остальные работы в области использования атомной энергии остались под ведомственным надзором Минсредмаша СССР.

Создание этого органа не могло повлиять на предотвращение чернобыльской аварии, поскольку он еще только формировался. Однако, как отмечают специалисты, уже по итогам анализа причин чернобыльской аварии специально созданной МАГАТЭ для этого группой INSAG и самим Госпроматомнадзором СССР стала очевидной непригодность старых подходов к обеспечению безопасности АЭС и надзора за ней. Однако реализовать эти преобразования оказалось возможным только после распада Советского Союза в 1991 г. и создания нового Госатомнадзора России.

В начале 1990-х гг. полномочия Госатомнадзора, теперь уже не союзного, а российского, были значительно расширены, и из надзорного органа он стал, в соответствии с международными рекомендациями и имеющимся зарубежным опытом, превращаться в полноценный регулирующий орган с триадой необходимых в области регулирования ядерной и радиационной безопасности полномочий: по нормативному правовому регулированию, по лицензированию и по надзору и контролю, включая проведение инспекций и экспертиз, а также применение мер административного воздействия.

Первоначально это был Государственный комитет по надзору за ядерной и радиационной безопасностью при Президенте Российской Федерации (Госатомнадзор России). В соответствии с Положением о Госатомнадзоре России, утвержденном распоряжением Президента Российской Федерации от 5 июня 1992 г. № 283-рп, на него было возложено государственное регулирование и надзор за безопасным производством и использованием ядерных материалов, атомной энергии и радиоактивных веществ в мирных и оборонных целях. В дальнейшем при сохранении сокращенного названия «Госатомнадзор России» полное наименование этой структуры неоднократно изменялось, она постепенно была переведена из ведения президента в ведение правительства, а сфера ее деятельности была ограничена только мирным использованием атомной энергии.

Распоряжением Президента Российской Федерации от 26 июля 1995 г. № 350-рп был установлен государственный надзор за ядерной и радиационной безопасностью ядерного оружия и ядерных энергетических установок военного назначения, осуществляемый Министерством обороны Российской Федерации в лице Управления государственного надзора за ядерной и радиационной безопасностью (УГН ЯРБ Минобороны России). Причем вначале Минобороны России был передан надзор за ядерным оружием и ядерными энергетическими установками военного назначения, находящимися на боевом дежурстве, а затем, как и раньше, надзор за безопасностью всего цикла разработки, испытаний, эксплуатации и ликвидации ядерного оружия и ядерных энергетических установок военного назначения.

До 2002 г. неурегулированным оставался вопрос о том, какому органу поднадзорна деятельность по утилизации атомных подводных лодок – Госатомнадзору или Минобороны. 22 апреля 2002 г. № 265 правительством было утверждено новое Положение о Госатомнадзоре России, в котором уже отсутствовало всякое упоминание о регулировании им безопасности деятельности, связанной с ядерным оружием и ядерными энергетическими установками военного назначения.

Несмотря на проведенное перераспределение функций и полномочий в области регулирования ядерной и радиационной безопасности, сфера деятельности Госатомнадзора оставалась достаточно широкой по сравнению с его советским предшественником – Госатомэнергонадзором СССР. К 2004 г. это был находящийся в ведении Правительства России Федеральный надзор России по ядерной и радиационной безопасности, который специальным указом президента был назначен органом государственного регулирования ядерной и радиационной безопасности. Согласно положению на Госатомнадзор были возложены также полномочия регулирующего органа по Конвенции о ядерной безопасности.

В дальнейшем, в ходе проведения административной реформы, направленной в том числе на «сокращение административных ограничений в предпринимательстве и повышение эффективности государственного контроля и надзора, упорядочение лицензирования, проведения государственных экспертиз и других форм государственного регулирования административного характера… исключение избыточных и дублирующих функций органов исполнительной власти, организационное разделение правоустанавливающих функций, функций надзора и контроля и функций по управлению государственным имуществом и предоставлению государственных услуг», в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» были образованы новая система и структура федеральных органов исполнительной власти. Функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию были возложены на федеральные министерства, функции контроля и надзора – на федеральные службы.

В результате указанной реформы системы и структуры федеральных органов исполнительной власти Федеральный надзор России по ядерной и радиационной безопасности был преобразован в Федеральную службу по атомному надзору. В последующем Указом Президента Российской Федерации от 20 мая 2004 г. № 649 «Вопросы структуры федеральных органов исполнительной власти» Госатомнадзор России был объединен с целым рядом других надзорных органов и создана Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор). Правда, на тот момент к Ростехнадзору практически в неизмененном виде перешли все полномочия Госатомнадзора России в части регулирования ядерной и радиационной безопасности.

Несмотря на имеющийся отрицательный опыт слияния надзорных органов, результатом которого было снижение внимания к вопросам ядерной и радиационной безопасности (объединение Госатомэнергонадзора и Госгортехнадзора в Госпроматомнадзор СССР), вновь был создан объединенный надзорный орган, которому были вменены беспрецедентные по своему объему полномочия по атомному, техническому, энергетическому надзору, надзору за безопасностью гидросооружений, за производством и обращением взрывчатых веществ, строительному и даже экологическому

  • Голосов: 32, Оценка: 4,00/5
    Оцените материал